Мусорное будущее: нельзя быть толерантным
Проблемы экологии многие воспринимают как надуманные: какое дело до загрязнения атмосферы и океанов или вымирания видов, когда надо решить, что приготовить на ужин или наконец разобраться, кто неправ в интернете? Но жизнь настойчиво пинает, и украинцы испытывают эконеприятности на своей шкуре. Взять хотя бы историю с мусорным коллапсом во Львове, которая не столько про коммунальные услуги и проблемы децентрализации, сколько про нашу заботу о городе, стране и будущем поколении. Может ли в Киеве повториться эта ситуация? Кто за нее ответственен и что надо сделать, чтобы не сесть в мусорную яму позора? Как вообще можно изменить ситуацию в стране и городе? Уикенд отправился на станцию сортировки мусора No Waste Recycling Station, которую в конце мая 2017-го запустила одна из крупнейших украинских экоорганизаций «Україна без сміття» и побеседовал с ее организатором Евгенией Аратовской о том, как маленькими шажками каждый может очистить и изменить страну.
Евгения Аратовская
— «Україна без сміття» родилась из моей личной потребности отсортировать мусор. Я жила за городом в частном доме, был свой сад и огород, и все органические отходы отправлялись в компостную кучу. За пять лет я настолько к этому привыкла, что когда переехала в квартиру, не смогла выбрасывать очистки от картошки, лука, было прямо физически сложно это сделать, будто что-то ценное выбрасываешь. У бедной почвы города есть колоссальная потребность в этой органике, я поняла, как глупо ее выбрасывать. Начала искать решения по компостированию в условиях квартиры. Оказалось, что есть компактные компостеры, инновационные, закрытые, но недешевые — около 400 долларов. Но кроме этой информации я нашла много про сортировку в целом: нужно собирать упаковку, стекло, пластик, металл, бумагу, опасные отходы следует сдавать в центр утилизации, потому что если выкинул батарейку или ртутьсодержащую лампочку в обычное ведро, это значит, что ты отравил 200 кв. м продуктами ее распада.

Раньше я ничего об этом не знала, меня это ошелемило и я поняла, что людей, которые не знают о необходимости сортировки, очень много. Это возмутительно, что никто мне об этом не раньше рассказывал, и я беспечно выкидывала мусор без сортировки в ведро. После этого решила, что должна побыстрее рассказать об этом как можно большему количеству людей, чтобы они знали, какие последствия для природы несет наше халатное обращение с мусором. Я понимала, что большинство людей никогда не справится со слишком сложной задачей, поэтому моей целью было придумать удобное решение для большинства.

Как оказалось, сортировать дома мусор довольно сложно. Не всегда можно грамотно пристроить отсортированное на переработку: что-то не возьмут в пунктах приема вторсырья, а если пользоваться уличными сетками для раздельного сбора мусора, то увидишь, как приедет машина и выгрузит это все в один отсек. Меня это не устраивало, я хотела максимум домашних отходов отправить на переработку. Чтобы выяснить, почему сортировка такая сложная и неудобная в Украине, я познакомилась со многими компаниями, которые заготавливают и перерабатывают вторсырье, общалась с коммунальными предприятиями города, читала о том, как это устроено в других странах, чтобы понять, почему у них это работает, а у нас нет.

Так появилась станция: она выглядит достатночно инновационно для Украины, здесь нет неприятных запахов, крыс, и тем не менее тут собирается мусор . Поэтому люди, которые пришли сюда и никогда не сортировали мусор, сразу понимают, как это круто, даже через оформление мы пытаемся понравиться посетителям, чтобы они возвращались сюда снова и снова.
Более подробные правила сортировки читайте здесь.
Мы начинали как волонтеры, но сейчас понимаем: чтобы это зарабатало на государственном уровне, мало быть волонтером, надо стать крутой общественной организацией, которая толкает законодательное поле к изменениям. За 2,5 года наша организация вышла на уровень институционального влияния.

Сам проект созрел в моей голове в 2014 году, в 2015-м все началось с распространения листовок: мы предлагали людям и компаниям отдать нам ненужные вещи, технику и макулатуру. У меня сразу было понимание, что хочу заниматься этим 24 часа в сутки и такая деятельность должна стать моей работой и приносить доход. А значит, надо действовать как социальные предприниматели: мы разработали специальные контейнеры для раздельного сбора мусора и стали предлагать их офисам, чтобы они их покупали, наполняли вторсырьем и оплачивали услугу «зеленого офиса», благодаря которому мы могли заготавливать вторсырье и продавать его. Такими были наши первые источники дохода.
Сегодня мобильный пункт приема вторсырья «Майстер добрих справ» и «зеленый офис» спасают очень маленький процент полезного мусора и нужно масштабироваться на более крупные проекты. На общественную станцию сортировки мусора жильцы ближайших домов могут сдать вторсырье, тем самым помогая станции существовать. В течение месяца станция аккумулирует вторсырье, и если его много, то появляется прибыльная дельта, которая дает возможность открыть такие же станции в каждом районе города. После этого мы сможем ресурс в виде мусора генерировать, продавать и возвращать прибыль громадам для благоустройства территории и реализации разных проектов. Это шеринговая модель экономики, где каждый жилец многоквартирного дома сдает свои 10 килограммов вторсырья в месяц, и благодаря объединению усилий всех жителей целый район получает дополнительный бюджет, чтобы решить локальные проблемы – отремонтировать лавочки, поставить камеры видеонаблюдения или светодиодные лампы.

Люди все больше узнают про нас, мы подготовили листовки, которые будем распространять через лояльные к экопроблемам пространства – йога-студии, веганские рестораны, коворкинги, где потенциально может находиться наша целевая аудитория. Кроме того, ведем переговоры с разными детскими развлекательными комплексами, чтобы донести до родителей мысль, что поход на нашу станцию так же важен, как курсы раннего развития или изучение английского с трех лет, потому что это актуальный элемент воспитания, то, что останется с ребенком на всю жизнь. Он вырастет и будет сознательнее относится к отходам, которые создает, знать, что мусор благодаря сортировке превращается в ресурс.

К нам в основном приходит молодежь, айтишники и родители с детьми — это основные категории. Есть и люди в возрасте, приходят с внуками. У нас на станции работает пенсионер Аркадий, первую неделю он с опаской это все воспринимал, а сейчас мы видим, что ему нравится здесь работать, общаться с позитивными умными людьми, приносить колоссальную пользу обществу.

Пока мы не можем подсчитать посетителей, ищем подходящее решение. На выходных приходит обычно человек 30-50, в будни 15-20, но постепенно их количество увеличивается. Новичков, людей, которые совсем не в теме, много, но есть и постоянные посетители.
Наша целевая аудитория — это люди, которые уже осознанно относятся к потреблению, и родители, которые хотят, чтобы у их дети было другое мышление, которое в будущем не даст безответственно уничтожать отходами Украину, чтобы наша страна была такой же красивой и ухоженной как европейские города.
31 декабря 2015 года мы зарегистрировали «Україну без сміття» как общественную некоммерческую организацию. Чуть раньше в 2015-м мы зарегистрировали общество с ограниченной ответственностью, потому что начинали как социальные предприниматели и работали с компаниями, которые привыкли все покупать официально по безналичному расчету, в том числе контейнеры и услуги «зеленого офиса». Общественное объединение мы создали для того, чтобы влиять на изменения в законодательстве, потому что когда ты ООО — ты представитель бизнеса, а когда общественная организация — это совсем другое дело.

В прошлом году начались интересные изменения в сфере управления отходов. Так как Украина подписала соглашение про ассоциацию с ЕС, это означает, что все наше законодательство должно быть гармонизировано и соответствовать европейскому, в том числе законы про отходы. За 2017 год Украина должна принять новый рамочный закон про отходы, который включает расширенную ответственность производителей, учитывать иерархию управления отходами (reduce-reuse-recycling): сначала уменьшаем отходы, затем сортируем и перерабатываем максимум отходов, а уже потом уничтожаем те, которые ни к чему не годятся, чтобы ничего не выбрасывать на свалки.
Есть ряд законодательных инициатив, по которым, например, мусор не сортируется населением, а сразу сжигается. И нам приходится тратить много времени на то, чтобы отбиваться от этих неполезных инициатив, рассказывать, насколько они губительны для нашей экономики и экологии. Мы с рядом других экологических организаций Украины провели флеш-моб #Спалюванню — бан!, который за четыре дня привел к тому, что авторы поправок отозвали их в день голосования. Однако теперь нависла новая угроза – уже зарегистрирован отдельный закон, который стимулирует сжигание мусора по «зеленому тарифу», а такой подход цинично уравнивает мусоросжигание с возобновляемыми источниками энергии – солнца и ветра.

Это работает так: сжигается мусор, образуется горячий пар, который вращает турбину и генерируется электроэнергия. Ее государство и будет покупать по более высокой цене. Поэтому людям, которые построят такие заводы, будет выгодно их строить: мусора много, а держава платит хорошие деньги за электроэнергию. Но я считаю, что это неправильно. Мы должны быть последовательными и сначала научить всех сортировать мусор и предложить всем населенным пунктам решения для сортировки, чтобы в тот мусор, который пойдет на сжигание, не попали ценные полимеры, бумага, стекло и металл, а также опасные отходы, которые при сжигании выделяют отравляющие канцерогены.
Внутри страны сегодня огромный дефицит вторсырья. Заводы, которые перерабатывают вторсырье, покупают его за рубежом. Одной бумаги украинские комбинаты покупают почти на 47 миллионов долларов ежегодно, потому что ее не хватает. В развивающихся странах с более низким уровнем дохода один человек в год производит около 20 килограммов бумажного мусора в год: коробки, упаковки, книжки, журналы и т. д. В развитых странах этот показатель может доходить до 70-100 килограммов в год. Если взять наше население — это сколько миллионов тонн бумаги мы халатно выкинули на свалку?

Принцип расширенной ответственности производителей создает инструмент финансирования раздельного сбора. Когда вы слышите комментарий, что «мусорный бизнес — это очень доходный бизнес, перерабатывать мусор очень прибыльно», это не так, он прибыльный только в том случае, если на завод привезли фуру отсортированных отходов. Вы перерабатываете вторсырье и получаете товар, который сможете продать во много раз дороже: покупаешь ПЭТ-бутылку за 15 гривен за килограмм, а из семи таких бутылок можно сделать флисовый свитер и продать его за 150 гривен. Понятно, что нужны еще инвестиции в оборудование, производство, но вторичные материалы ценны тем, что становятся сырьем для товаров, которые стоят намного дороже.

Как собрать с людей эти ПЭТ-бутылки? Вес кубового мешка с ПЭТ-бутылками — около 20 килограммов, контейнер для ПЭТа наполнится за один день. Но за ним и десятком других должна приехать машина, на что тратится бензин, время, деньги, а потом еще надо досортировать этот пластик по цветам. Добавьте сюда расходы на аренду склада, покупку пресса и транспортировку на предприятие, которое будет их перерабатывать. В итоге оказывается, что процесс сбора такой дорогой, что 15 гривен, полученных за килограмм ПЭТа, никак не отбивает этих затрат. Поэтому бизнес не работает с раздельным сбором для населения, а чтобы это произошло, надо, чтобы кто-то возместил расходы на сбор заготовителю. Раздельный сбор проблемный, не прибыльный, а прибыльна только продажа, но надо где-то сначала собрать столько сырья. Власти других стран поняли, что без искусственного механизма никогда не будет раздельного сбора мусора, потому что никакой бизнес не работает в убыток. И они ввели принцип «загрязнитель платит».
Принцип «загрязнитель платит»
Есть два типа загрязнителя:
первый — производитель упаковки,
второй — люди, которые покупают товар в упаковке и затем ее выбрасывают.
Компании-производители объединяются в независимую структуру — организацию РОП (Расширенной Ответственности Производителей, англ. – EPR – Extended Producers Responsibility), формируют общий бюджет на сбор упаковки. Организация должна предоставить условия для сортировки населением и финансировать сбор и заготовку вторсырья, в то же время она является неприбыльной и контролируется как государством, так и общественностью. Средства фонда расходуются на разработку, печать и продакшен учебных материалов, посвященных сортировке мусора — это учебные программы в школах, социальная реклама, брошюры. А также на закупку контейнеров для сортировки, чтобы поставить их буквально в каждом населенном пункте страны. Обслуживает такие контейнеры компания-заготовитель вторсырья, у которой есть специальные машины для обслуживания конкретно этих контейнеров и никогда не свалит содержимое разных баков в один отсек; такая компания должна вести прозрачную отчетность заготовки вторсырья. Таким образом производители финансируют раздельный сбор, а люди, которые выкидывают такую упаковку в контейнеры, ничего не платят за вывоз.
Качественно сортировать мусор. Но что-то все же попадает в ведро. Что туда попало? Памперсы, гигиенические принадлежности, одноразовая посуда, пакетики, мелкий пластик и упаковка (например, фантики), бумажные стаканчики (которые на самом деле не только бумажые, а со слоем полимера внутри), некачественные товары или игрушки, которые вышли из строя, органические (пищевые) отходы. За мусор, который нельзя выбросить в раздельный сбор и переработать, европейцы платят дорого. Для такого проблемного мусора есть только один вариант, сухое — сжечь, а органические мокрые отходы компостировать в специальных танкерах, где образуется биогаз, который можно собирать и использовать как топливо или сжигать, чтобы получать электроэнергию. Мокрые отходы захоранивать нельзя, они опасны для экосистемы, потому что разлагаются и образуют метан, взрывоопасный газ из-за которого потом и горят свалки. И люди обязаны заплатить за остаточный мусор столько денег, чтобы у города хватило денег инвестировать в строительство мусоросжигательного завода и поддерживать его работу (сжигание тонны мусора на заводе в Вене стоит городу 230 евро, или 46 000 евро в день, это почти 5 млн евро в месяц, так как завод за год сжигает 250 000 тонн отходов).
Мусоросжигательная технология очень дорогая и это вынужденная мера, чтобы мусор вообще не оказывался на свалке. Высокая цена продиктована требованиями безопасности выбросов – это инвестиция в дорогие современные фильтры (до 15 млн евро стоит система фильтров на заводе) и мотивация для людей не создавать излишки мусора, мотивация максимально сортировать общий мусор, вывоз которого бесплатный (за его вывоз платят организации РОП)
Есть разные модели, как высчитать, кто создал больше мусора
Индонезия

У каждого жильца есть карточка, которую он прикладывает к контейнеру, считываются данные, он кладет мусор в контейнер, где весы фиксируют вес. И на карточку записывается, сколько мусора он выбросил, а по итогам месяца платит только за свой мусор.
Швейцария

Остаточный мусор надо запаковать в специальный пакет, упаковка (10 штук) которого стоит 20 франков и выше. И ты не имеешь права больше никуда выбросить мусор, обязан купить эти пакеты, чтобы он поехал на мусоросжигательный завод. Если мусор будет выброшен в другом пакете или вообще без него, можно получить штраф от 450 франков. То есть покупая пакеты, люди оплачивают безопасное сжигание этого мусора.
Многоквартирный дом

Многоквартирный дом в месяц может образовать около 40 кубометров мусора, но если хорошо сортировать и меньше образовывать отходов, его может стать 20-30, а это экономия на вывозе. Стоимость вывоза делится на всех жильцов и начинается коллективная ответственность: жильцы начинают обращать внимание на тех, кто не сортирует, делать замечания, чтобы не переплачивать за несознательность других.
Швейцария — дисциплинированная страна, где нет компромиссов, связанных с мусором, вплоть до того, что чайный пакетик разбирают отдельно на веревочку, содержимое пакетика — в органику, сам пакетик — в пластик, а металлическую скрепку — в металл. Людей даже обязали купить мини-прессы, чтобы сжимать жестяные банки. Я эти меры поддерживаю, считаю, что здесь компромиссов и толерантности быть не должно: образуешь мусор — плати много, чтобы финансировались максимально безопасные технологии утилизации проблемных отходов, для непроблемных отходов, поддающихся сортировке и сдаче есть бесплатные решения от РОПов.
У модели «загрязнитель платит» есть противники, мол, производители заложат дополнительные издержки в стоимость упаковки и придется платить покупателю. Но в любых раскладах заплатит человек. Утилизационные сборы всегда будут нагрузкой для покупателя.
Как уменьшить продуцирование мусора, не считая сортировки?
Не покупать того, что не можешь отсортировать
Не пользоваться одноразовыми решениями
Не пользоваться некачественными товарами
они быстро сломаются и станут мусором
Не покупать лишнего и осторожно потреблять
Не обязательно покупать куртку каждый год, а приобрести хорошую, которая прослужит много лет. Если вы капризно каждый год хотите покупать новую, потому что мода изменилась, значит, вы человек, которым манипулируют бренды.
Украине надо перенимать опыт других стран, этим путем пошли страны ЕС, Корея, Америка, Индонезия. Многие говорят, что сортировка — это прошлый век, сейчас цивилизованный мир сжигает мусор, но это не так. Если мы скажем обществу: «все окей, потребляйте дальше, мы будем сжигать», это значит, люди не будут заботиться о том, что и сколько они потребляют и выбрасывают. Это не дисциплинирует и не воспитывает новые поколения.
3 самых важных и срочных изменения, которые сейчас надо ввести в Украине
Ввести расширенную ответственность производителей
Чтобы заработал раздельный сбор мусора, потому что это идеальный и прозрачный инструмент финансирования.
Поднять тариф на обращение с остаточным мусором
Чтобы у людей была мотивация для пользования контейнерами для раздельного сбора и появился инструмент финансирования максимально безопасных мусоросжигательных заводов
Обложить налогом упаковку и тары, которые нельзя переработать в Украине
Искусственно создать налог в виде акциза на продажу проблемных материалов: одноразовой посуды, бумажных стаканчиков, полиэтиленовых пакетиков
За первый месяц затраты на работу станции составили около десяти тысяч гривен, а на тех объемах вторсырья, что сюда принесли, мы заработали шесть тысяч. Пока этого недостаточно, чтобы выйти в ноль или даже в плюс. Когда мы начинали свою деятельность в 2015-м, финансовая модель была построена на продаже коробок для раздельного сбора, услуге вывоза мусора и заготовке вторсырья. Сегодня наши общие расходы так выросли, что нам не хватает доходов от продажи, хоть мы и продаем на приличные суммы. Со временем мы вообще не будем получать эти суммы, нельзя же продавать контейнеры вечно. Поэтому это неустойчивая модель.

Мы обращаемся к социально ответственному бизнесу с просьбой профинансировать наши полезные проекты. Например, «Сортуй заради майбутнього» — это социальный проект для школьников, в рамках которого мы ставим контейнеры в школах бесплатно, проводим лекции для детей, и стоимость этих контейнеров оплачивает бизнес. Помочь с открытием этой станции мы предложили компании Carlsberg-Украина, рассказали про идею, составили смету, и они пошли нам навстречу и помогли. Разумеется, компания не будет нас спонсировать вечно, и теперь наша задача сделать эту станцию безубыточной и даже прибыльной.
Когда мы только появились, бизнес не воспринимал нас всерьез, прошло время и когда стало понятно, что мы самая известная общественная организация по проблемам мусора, с нами стали говорить и считаться. Теперь нет барьеров, которые мешают переговорам. Самое главное — создать повод для переговоров, который компания разделит с тобой. У нас был проект с Renault-Украина, когда целый год мы пользовались машиной для «Мастера добрых дел». Компания заправляла машину, мыла ее, так что у нас не было больших расходов, связанных с этим проектом.

Доноры не дают гранты на такие станции, как у нас, потому что это может расцениваться как бизнес. Мы подавались со школьным образовательным проектом про сортировку мусора в областях, но многочисленные европейские грантодатели не поддержали нашу программу. Гранты для нас — это странный и непредсказуемый инструмент финансирования, до сих пор не понимаем, как их получить, похоже, что не имеет значения, насколько мы популярны и эффективны, за почти 3 года деятельности, ни одного гранта мы не получили.
В Киеве легко может повториться ситуация с мусором во Львове. Пока спасает то, что у нас еще не худший полигон, есть очистка фильтрата, производится дегазация, чтобы свалка не горела. Но свалки — это варварский способ обращения с мусором.
В Киеве завод «Энергия» сжигает при температуре 800 градусов, в Японии — 2000 градусов.

800 градусов — это недостаточная температура, чтобы разрушились все канцерогенные соединения, поэтому на Позняках живут потенциальные заложники онкозаболеваний, психических и гормональных расстройств. На японский завод водят школьников на экскурсии, там нет запаха, воздух, выходящий из трубы, охлаждают. За то, чтобы это сжигание было безопасным, заплачены огромные деньги. У нас никто не хочет, чтобы это было дорого, наоборот, мэры говорят, что не будут повышать тариф на вывоз мусора для людей, а сжигать будут за государственные деньги. Но на дотирование сжигания ни в одном бюджете денег не хватит, надо уменьшать отходы, которые идут на сжигание.

Мы с экспертами подсчитали, что если брать все отходы за 100%, то при правильном обращении с ними будет всего 8% отходов, которые нужно сжечь, по самым грубым оценкам — 30%. До 40% отходов — это ресурсоценный компонент: упаковка, вторсырье, которое мы импортируем из других стран, а свой ресурс просто выкидываем. Есть и опасные отходы: ртутьсодержащие лампочки, батарейки, техника, электроника, лакокрасочная продукция, лекарства — все это не должно быть на свалке, а утилизироваться специальными предприятиями. У каждого киевлянина должна быть возможность оставить на специальных станциях свой утюг, а сегодня таких решений нет, и все утюги летят в обычное ведро.
Хоть у нас и децентрализация, инструмент финансирования раздельного сбора на локальном уровне создать сложно, необходимо принятие законодательства на государственном уровне. Если Кличко в Киеве повысит тарифы, его бабушки порвут. Должна быть национальная программа, чтобы всем украинцам объяснили, почему необходимо повышать тариф на вывоз мусора. Мы должны думать о здоровье нации и ее будущем, толерантность тут ни к чему.
Если хочешь начать сортировать мусор
смотри, что выбрасываешь в ведро
Каждый раз, когда подходишь к ведру, обращай внимание, что выкидываешь, из чего это состоит: из стекла, бумаги, металла, пластика, в каком оно виде: если грязное, то надо помыть и смять, уплотнить
отдели сухое от мокрого
сухое — это товар или упаковка, мокрое — органические отходы, гигиенические средства
приди с сухими отходами на станцию сортировки
здесь покажут, как разложить все это по контейнерам и избежать ошибок в будущем
За два месяца каждый может стать гуру сортировки
Трудность часто в том, что сложно определить, из какого материала сделана упаковка, если на ней нет кода переработки. Новичку будет тяжело понять, бумага или не бумага: чек, салфетка или упаковка типа Tetra Pak — это не бумага. Бывают типичные заблуждения и ошибки в сортировке на станции: пакетики бывают полиэтиленовые и полипропиленовые – их надо сортировать отдельно, фольгированная бумажка из-под масла, пластиковая упаковка, похожая на бумагу, в которую упакован творог.
Вопросов будет много, но они все типичные. Самое главное — быть настойчивым и последовательным, продолжать сортировать, приносить на станцию, и со временем вы разберетесь, что куда.
Богдан, художник, впервые на станции сортировки
Я считаю нормальным не выбрасывать мусор, который долго разлагается и создает проблемы, а сортировать его и сдавать на переработку. Первую партию собирали где-то полгода. Когда этим занимаешься, начинаешь обращать внимание на то, в какой упаковке что покупаешь, чтобы меньше мусорить. Когда отдыхаю на природе или езжу куда-то, вижу, как много мусора. Надо менять сознание людей, чтобы не бросали его так. Хочется, чтобы везде было красиво. У меня процентов на 80% получилось правильно отсортировать. Дома остался еще мешок немаркированного мусора, и его просто придется выбросить.
Маша (справа) и Катя, волонтеры
Катя: мне нравится участвовать в подобных экопроектах, поэтому я тут волонтер. Сюда меня привела Маша, я от нее узнала об этой станции.

Маша: я попала сюда случайно. Женя пришла в офис к моему отцу провести лекцию, а папа, зная, как я люблю природу, позвал меня. Я долго выбирала, чем заняться в будущем, где учиться, что делать в жизни, и после этой лекции поняла, что очень хочу защищать окружающую среду или сделать так, чтобы в Украине было чисто. Поэтому я здесь и готова бесплатно все делать. Я тут четвертый раз, никогда не прихожу одна, привожу какого-то друга. Дома родители не могут привыкнуть сортировать мусор, все выбрасывают, мы с ними об этом говорим и вроде есть прогресс. Многие реагируют негативно, не понимают, зачем это нужно, считают, что сортировать мусор скорее стыдно, чем полезно.
Недавно в Фейсбуке с невероятной скоростью репостили запись Юлии Соловей, написавшей пронзительный пост про мусорный ад в нашей стране и о том, как наконец взять ответственность за чистоту. По тысячам репостов и реакций стало очевидно, что тема близка многим. Юлию мы встретили на станции сортировки и расспросили об опыте сортировки.
Юлия Соловей
Я тут второй раз, первый раз мы рассортировали и принесли отходы из дома, а в этот раз привезли пять больших пакетов, в том числе отходы из тех боксов, которые поставили в офисе. Я активно подключила всех ребят на работе, самая большая беда — это уборщицы, которые не понимают, что этот мусор надо сохранить, а не собрать и вынести, как все мусорные баки.

Я работаю в агентстве Gres Todorchuk PR, мы проводили обучение о том, чем отличается социальная ответственность компании от просто благотворительности. Многие компании и люди считают, что если они собрали 10 тысяч для детского дома, то они социально ответственные, это не так. Социальная ответственность компании включает намного больше: отношение к потребителям, сотрудникам, окружающей среде. Первой к нам пришла школа английского языка, которая сказала «мы хотим быть социально ответственными, расскажите, как». Мы придумали и запустили много крутых программ, а теперь решили запускать эко. В стенах школы растет будущее поколение, мы хотим научим их быть ответственными. Я искала экспертов в эко, которые помогут нам провести эко-аудит для этой школы. Мы нашли «Україну без сміття», встретились, и это изменило мой мир навсегда. Благодаря опыту, который у них есть, фактам, которые они рассказали, я осознала, насколько это большая и серьезная проблема. В течение двух месяцев мы сделали «зеленые» школы по Киеву, потом я сделала «зеленым» наш офис, и сама начала сортировать мусор.

Для меня до сих огромный шок, как пост разошелся по Фейсбуку. Я писала его, потому что мои родные не понимали, что со мной. Я злилась, когда видела, что кто-то что-то выбрасывает не туда, и все говорили, давай уже нормально объяснишь, что к чему, а не будешь орать на всех. Я собирала много информации, этот пост писала полтора-два месяца, он давался очень тяжело. Опубликовала его вечером, просыпаюсь утром и вижу первую тысячу репостов. Было много невероятно вдохновляющих комментариев, люди писали мне в личку о том, что они начинают сортировать мусор, интересовались, что можно сделать в Днепре, Одессе, написали несколько компаний. Пост я писала с желанием, чтобы хоть один человек что-то поменял в своем поведении. Вложила много эмоций и рада, что это отозвалось в сердцах четырех тысяч людей, которые его репостнули. Я была на работе, и папа мне пишет: «Юль, у меня очень важный вопрос», кидает фотографии и спрашивает, куда надо сложить упаковки. Я рада, что этот «вирус» распространяется и идет дальше.

В Украине нет условий, чтобы это делать, нет законодательства, поддержки государства, есть иллюзия, что мы сортируем, когда видим разные боксы во дворах, а потом мусор из них вывозят на одной машине. Надеюсь, мы сможем воспитать поколение, которое будет об этом думать, Своей сестренке тоже рассказываю про природу, черепашек, детский разум более открыт для этих проблем. Скажите взрослому про черепах, он отмахнется и скажет: какие черепахи, у меня нет денег, что пристал с этими пакетами. А дети относятся к сортировке как к игре: им фаново стеклянную бутылку выбросить в желтый контейнер, пластиковую в красный, бумагу в синий, и это круто. Потому что в этом легком отношении и открытости глобальным проблемам, возможно, кроется наша надежда на лучшее будущее.
Дмитрий Дир, главный редактор Talktome.com.ua
Здесь, на станции сортировки, я впервые. Три дня назад наткнулся на пост Юли в Фейсбуке, из него мы сделали статью, которую у нас на сайте прочитало больше 60 тысяч человек. Мне стало интересно приехать сюда посмотреть, о чем же собственно написано.

Давно увлекаюсь и озадачиваюсь вопросами экологии, отсортировал мусор, чтобы привезти его сюда, и понял, как много всякой херни выбрасывается в никуда. Органических отходов — процентов 10, а остальное — то, что мы тут видим в боксах. Моя задача — рассказать людям, как правильно делать.

Берешь три пакета и в них сортируешь. Можно привезти сюда, оставить и уехать с чистой совестью, но прикольно самому побросать в разные контейнеры, потому что тогда ты понимаешь, какой вид пластика лучше не покупать. По комментариям вижу, что многие не видят смысла в сортировке мусора, потому что он все равно будет в одной куче. Этот момент у людей надо развеивать, а тут, на станции, все очевидно.
Мусор сортировали
Марина Курильчук
Андрей Карпец
Made on
Tilda