Калифорния на Гидропарке
как работает пляжный патруль


В 8 часов утра на пляже Венеция на Гидропарке начинается тренировка пляжного патруля.

Спасатели съезжаются со всего Киева, чтобы пройти одну из ежедневных тренировок. Не только для поддержания физической формы и отработки навыков, но и чтобы познакомиться и пообщаться между собой, ведь они работают на разных точках и могут не пересекаться целое лето.
Сначала — разминка. Пока разогреваются, рассказывают, у кого что происходило на сменах: кто-то усмирял нетрезвую компанию, кто-то пытался выпроводить собак с пляжа.
Разогрелись — пора и увеличить нагрузку. Прыжки, отжимания, стойка в планке — все сопровождается громким дружным счетом. Во время коллективного качания пресса супервайзер не только отсчитывает количество сделанных упражнений, но и постоянно поддразнивает их.
— Устали? — громко спрашивает он.
— Нет, — синхронно отвечают лайфгарды.

Через несколько подходов опять:
— Устали?
— Нет, — уже нестройно, зато уверенно отвечают.

— Кто мы?
— Пляжный патруль! — немножко уставшие, они с гордостью заявляют о себе на весь утренний полупустой пляж.

— Кто мы?
— ПЛЯЖНЫЙ ПАТРУЛЬ! — и занятия на песке заканчиваются пробежкой по песку.
После этого приходит время отрабатывать непосредственно навыки спасения. Ребята делятся на две группы: одна будет «тонуть», вторая — спасать. Те, кто спасают, берут необходимое снаряжение и становятся на старт. Те, кто «тонут», отправляются в воду. Отрабатывают несколько вариантов критической ситуации — тонущий в сознании и тонущий без сознания.

Лайфгарды (которые в роли спасателей) резко вбегают в воду и быстро приближаются к «тонущим». При этом не только отрабатывают сам механизм спасения, но и обращение к утопающим и поведение на берегу. Однако «тонущие» даже не пытаются как-то помочь спасающим их напарникам: кто уходит под воду, усложняя задачу, кто начинает препираться и подначивать коллегу. Зато на берегу хвастаются, кто успел быстрее спасти.
Тренировка окончена. Некоторые лайфгарды отправляются на свои посты, а те, у кого выходной, могут побыть в штабе. В штаб-квартире пляжного патруля светло и чисто. В прозрачных боксах стоят аптечки, на полках — снаряжение, табличка с правилами поведения на воде и раскраски для детей, на стенах — тематические рисунки.
Оля Клиновская
Я пошла в пляжный патруль в мае этого года, когда начались тренировки. Всегда мечтала быть спасателем: мой отец работал спасателем, поэтому пошла по его стопам. Вообще люблю спорт, движение, свежий воздух, пляж.

В этой работе больше всего нравится наша команда — дружная, с командным духом, профессионализмом и красотой. К сожалению, пока никого не приходилось спасать. К сожалению — потому что это опыт, и каждый лайфгард должен знать и понимать, как это происходит. Обучение — это одно, а на практике — другое. Но я все же надеюсь, что не будет таких ситуаций, потому что работа спасателя больше профилактическая: предотвратить, не допустить. Но, в любом случае, мы всегда готовы.

Работа спасателя — это в первую очередь ответственность. Приоритет в работе — это вода, дети. Жара, солнце, пляж — это круто, но самое важное — это ответственность.
В'ячеслав Пакуш
Працюю вже четвертий тиждень. Тут дуже гарні тренування, добра виносливість, можна працювати як з фізичними можливостями, так і з духовними: ми можемо відпочивати, працювати і отримувати задоволення. На інших роботах такого нема, ні в банку, ні будь-де.

Я по спеціальності бухгалтер, після такої роботи приходиш додому змучений. А тут я завжди на позитиві, почуваю себе добре, до нас всі ставляться чудово — і користувачі пляжів, і інші люди, коли бачать нас у формі, дякують, що підтримуємо порядок. Тут приємно працювати. Найбільше у цій роботі мені подобається те, що можу поєднувати тренування, роботу, задоволення і спілкування з дуже багатьма людьми.

Мій улюблений пляж — Венеція, бо тут наш клуб, дівчат багато, набагато більше, ніж у мене в селі (сміється).
Лера Назаренко
Я работаю спасателем полтора месяца. Меня эта работа нашла сама: я очень люблю воду, была на соревнованиях, где за безопасностью следили представители пляжного патруля, и я решила попробовать. Я дважды спасала людей, оба случая были, когда мой напарник обедал, и оба критических пловца были в нетрезвом состоянии, «уставшие пловцы». Первого спасла на лодке. Он переплывал на другой берег, я ему свистела, пока он не доплыл, потом он стал плыть обратно, устал и его начало относить. Я подплыла на лодке, быстро его спасла. Все было в порядке, медицинская помощь ему не понадобилась.

Второй был такой же. На противоположном берегу заметила, что его начало относить, я быстро забрала. В целом мы больше наблюдаем, работаем превентивно: хороший спасатель — сухой спасатель. Критических ситуаций в целом было немного. Ощущения после того, как спас человека, очень хорошие. Я настолько довольна тем, что здесь работаю, очень счастлива. Не могу находится дома — хочется работать и работать.

Больше всего в работе мне нравится наша дружная команда, то, как мы проводим вместе время. Доставляет удовольствие все на этой работе. Самое сложное — просыпаться рано утром на тренировку. Мой любимый пляж — Венеция, здесь всегда много людей, постоянно что-то происходит, поэтому интересно работать.
Илья Гресь
Работаю спасателем с 15 мая, июнь отработал практически без выходных. Мне по душе работа, поэтому такой график не в тягость. Решил стать лайфгардом, потому что нравится такая активная работа, чувствовать, что ты полезен, а не выполняешь просто какую-то бумажную работу.

Я работаю в основном на Оболони — Верхнее, Наталка, тут, на Гидропарке. Самая запомнившаяся ситуация — это когда в воду зашла монашка, по щиколотку, перекрестилась, через минут 10 зашла дальше, опять перекрестилась, потом по пояс. И мне показалось это подозрительным, и я решил проверить. Оказалось, она просто молилась. Она простояла в воде в одежде около двух часов, а вода была холодная. Я с ней провел где-то час в воде.

Больше всего в этой работе мне нравится хорошая команда, удачные напарники и серьезность, с которой мы выполняем эту работу. Самое сложное — это удержать внимание в конце смены.
Евгений ПЕРЕПЕЛИЦА
Евгений Перепелица — супервайзер в Пляжном патруле. В его обязанности входит организация работы лайфгардов, контроль их работы, мониторинг комплектации снаряжения на постах, поднятие морального и боевого духа команды. Он рассказал нам, как готовят пляжный патруль, часто ли приходится вызывать полицию и чего боятся спасатели.

— Многие лайфгарды рассказывали нам про сплоченный коллектив и восторг от команды. Почему это так важно?


— Главная идея — это общение. После зимы ребята вышли из дома, начали активно заниматься спортом, и для них общение очень важно. Для кого-то это даже смысл жизни — стать частью команды, механизма, цель которого — делать благо для общества. Это очень тонкая идея, ее сложно контролировать, но стержень — это команда. Когда ребята из пляжного патруля приходят на тренировку, у них одна мысль — им нравится, как мы занимаемся: иногда жестко, грубо, но мы вместе кричим, на позитиве, это командный вызов и вызов для каждого лайфгарда: принести пользу, познакомиться с новыми людьми, узнать новые истории. Мало того, что общаешься с напарниками, заводишь друзей, ты еще и общаешься с огромным количеством людей. Пляжный патруль для ребят — это школа жизни. Приходят первокурсники, второкурсники и учатся общаться, веселиться, социализируются и становятся частью общества. Как в «Пиратах Карибского моря» — часть команды, часть корабля.
Евгений Перепелица (справа) и Евгений Ивлиев — администратор, он заведует помещением клуба, во всех чрезвычайных случаях обращаются к нему.
— Много говорится про профилактическую работу. В чем она заключается?

— Мы на нормативном уровне ввели то, что называется превентивные методы: предупреждение людей об опасностях, угрозах, которые та или иная локация может представлять, информирование, в том числе и использование флагов. На пляже используется три вида флагов: зеленый — купаться можно, желтый — не рекомендуется, красный — запрещено. Сейчас вывешен желтый, потому что недавно был дождь, после которого качество воды ухудшается. Брали пробы и сегодня подняли желтый флаг.

— Если купаться запрещено, например, стоит красный флажок, спасатели все равно есть?

— Да. Если плохая погода, то спасатель все равно приходит на работу. Красный флаг сигнализирует о том, что купаться небезопасно. Если грозит опасность, и отдыхающий не может адекватно оценить ситуацию, не реагирует на советы и предупреждения лайфгардов, ответственность переносится на отдыхающего.

Какой флаг, определяет коммунальное предприятие, которое берет пробы и делает выводы — «Плесо». Мы работаем вместе одной командой — Пляжный патруль, «Плесо», полиция и скорая помощь, у нас одна цель — безопасность и помощь людям, которые в ней нуждается.
— Какой был конкурс при отборе в пляжный патруль в этом году?

— Когда начинался только отбор, было 450 желающих, под конец набралось 600. Было три этапа отбора, все довольно жесткие, взяты из зарубежных методик, американской USLA (United StatesLifesaving Association). В бассейне надо было проплыть 250 и 50 метров на время, под конец пришлось даже ужесточать нормативы. Например, 50 метров сначала надо было проплыть за минуту, а под конец отбора повысили планку до 40 секунд. И надо было продержаться на воде без рук две минуты.

Второй этап отбора проводится в лайфсейвинг-клубе: кандидата приглашают на собеседование, во время диалога мы отмечаем, как человек ведет себя в разговоре с незнакомыми людьми. Кандидату задавались наводящие вопросы, чтобы проверить адекватность мышления и психологическую стойкость. На собеседовании кандидаты получают оценку. Затем идет непосредственно обучение, после каждого занятия ребята проходили тесты и опять-таки получали оценки. Аутсайдеров отсеивали сразу.

Всего в Киеве работает 120 лайфгардов. Со многими мы попрощались потому, что требуем ответственности и гибкости. Человек должен знать, что он делает, для чего он здесь. Если он рассеянный, забывчивый, то нам не подходит, должны быть сильные спортсмены, смышленные.

— Но в начале лета вы объявляли допнабор.

— Да, но это был набор в волонтерский корпус. Параллельно с ребятами, которые работают за вознаграждение, мы создаем свою волонтерскую базу. Это международные стандарты, потому что, например, в Австралии лайфсейвинг — это сугубо волонтерская организация, даже целая субкультура. Ребята приходят и вносят свой вклад в развитие общества, безопасность того или иного города и работают командой.

— Пляжный патруль — волонтерский или нет?

— Мы тесно сотрудничаем с КП «Плесо», работаем под эгидой КГГА, наш амбассадор — Виталий Кличко, то есть у нас есть поддержка со стороны властей и все условия, чтобы ребята провели лето с пользой и получили за это вознаграждение.

— Сколько они получают?

— У нас почасовая оплата, каждый работает по 9 часов, за смену выходит около 300 гривен. Смена у спасателя — с 10 до 19, но мы берем с запасом, так что они должны приходить к 9, а уходят в 20.

— Для чего вы формируете волонтерский корпус?

— Представьте, что после пятидневной рабочей недели, когда все соки выжаты, вместо того, чтобы пойти в бар в субботу, у вас бы была возможность выйти на пляж, взять снаряжение, и патрулировать пляжи — в форме, с рацией. И отдохнуть, провести время на пляже, принести пользу и активно участвовать в построении нового общества. Мы даем такую возможность. Вместо того, чтобы играть в карты — общаться с людьми и помогать им. Это все равно что на выходные стать полицейским!
— Как распределяются лайфгарды по пляжам?

— Мы разработали систему: еще на первом этапе отбора, когда тестировали ребят в бассейне, в базе данных есть все результаты и где кто живет. И с помощью анализа мы распределяем и делим равномерно, учитывая возможности, качество работы и какая локация ближе к дому. Можно и попроситься на другой пляж. Один парень живет на Дарнице, а ездит в Пущу-Водицу, потому что ему там больше нравится, есть с Оболони или ВДНГ ездит на Венецию.

— Спасатели не сгорают на солце за весь день, пока они на пляже?

— Мы их к этому тоже подготовили во время обучения: предупредили, что нужно пользоваться солнцезащитным кремом, не ходить под открытым солнцем. Даже если сидишь под зонтиком, ультрафиолет отражается от воды и песка и попадает на кожу. В основном лайфгарды сидят под зонтиком, у нас есть протокол «быстрый заплыв», по которому спасатель может зайти в воду на 10 минут, поплавать, остудиться и дальше выйти на пост.

— Кто идет в лайфгарды?

— У нас есть парень, которому 16 лет, и дедушка, которому 65. Определенного слоя общества нет, всех объединяет одна цель — помочь людям, сделать свой вклад в развитие общества. Мы позиционируем эту работу так: это лучший офис лета.

— Нужны ли справки? Как вы проверяете состояние здоровья спасателей?

— Ребята проходили медосмотр на этапе отбора.

— Есть ли какая-то переподготовка?


— Есть ежедневные тренировки, которые проводим, чтобы они не теряли пыл, сноровку и доводим до автоматики те процессы, которые необходимо выполнять. Есть и тесты, чтобы не забывать элементы алгоритмов работы.

— Учат ли, как общаться с посетителями пляжа, с разными людьми?

— Все это мы проходили во время 14-дневного курса обучения, в том числе как правильно урегулировать конфликт, как сделать так, чтобы тебя слушались, пользоваться авторитетом. На пляже их слово — это закон, потому что они знают, как организовать безопасность, в отличие от отдыхающих, которые пренебрегают правилами.

Во время обучения семь дней были лекции и практическая часть, чтобы сразу отработать теорию. Четыре дня — программа от Красного Креста по технике оказания домедицинской помощи, использование дефибрилятора, лечение ран, перевязка при переломах и т. д. Проходили подготовку от Ассамблеи инвалидов Украины — как оказывать помощь людям с ограниченными возможностями, как подходить к ним, общаться, психологически подготовиться к контакту с такими людьми, чтобы и себе не навредить и человека не обидеть. Также была программа К9, подготовленная британской спасательной службой, которая готовит спасательных собак, показывали, как собака может быть полезна при спасательных операциях. Лекции читали и проводили практику и представители Ассоциации парамедиков Украины. Отрабатывали применение снаряжения, общение с людьми, администрирование поста, организацию безопасности. Самый большой упор был на проведение спасательных операций, использовали много техник с американских и британских методичек. Даже на гидроцикле отрабатывали, как оказывать эффективную помощь.
— Расскажите про снаряжение: что у вас есть и чего не хватает?

— У нас есть полный спектр спасательного снаряжения. Это тюбы старого образца, пластиковые, как в Спасателях Малибу, и новые, гораздо более эффективные, так как они дают возможность спасать человека без сознания. Есть лини нового образца, с которыми значительно экономится время; новые лодки, два гидроцикла. В этом году появились спасательные сёрфы, которых у нас пять штук, и все на центральных пляжах. Хотелось бы, чтобы они были на каждом пляже, потому что, во-первых, они заменяют тюб, во-вторых, заменяют лодку, в-третьих, они очень мобильные, на них можно очень быстро плыть как по течению, так и против; на них можно и патрулировать, и спасать. Если они будут на каждом пляже, то приезжие даже, может, перепутают киевский пляж с калифорнийским.

— Вас все время сравнивают со Спасателями Малибу. Как вы относитесь к этой аналогии?


— Это забавно. Хорошо, что не насмехаются, мол, лодка старая, а видят, что тянемся в цивилизованный мир. Первое, что говорят люди, когда нас видят — я такое смотрел по телевизору. И круто, что у нас в Украине, в Киеве есть этот небольшой отголосок Америки по уровню качества. Человек может прийти на Гидропарк и почувствовать себя как в Калифорнии, потому что за его безопасностью будут следить люди такие же, как в США, у которых есть такие же техники, методики, оказание услуг. Мы сами стремимся к тому, чтобы было видно, что у нас есть такое крутое место для отдыха и работы.
— Какие самые распространенные причины критических ситуаций?

— В Киеве две самые большие проблемы: алкоголь и невнимательность родителей. У нас уже было шесть инцидентов с детьми. Семья приходит на пляж отдохнуть, например, бабушка, мама, никакого алкоголя. Ребенок бегает по берегу, развлекается. В какой-то момент мама полезла за солнцезащитным кремом, бабушка открыла книжку, и ребенок на доли секунды остался без присмотра. За это время его или лодка волной накроет, или птичка отвлечет — и ребенок под водой. Во время таких инцидентов ребята сразу начинали действовать, в итоге все обходилось тем, что ребенок нахлебался воды.

Есть и момент молодежного запала: бесятся в воде, прыгают с мостов, забегают в воду. Молодежь больше остальных игнорирует правила безопасности, но с этим проще работать, чем с нетрезвыми людьми.

И в редких случаях бывает, что человек переоценивает свои возможности. Спортсмен, который раньше плавал, заплывает далеко, а ногу схватило, например. Как правило, это случается на Днепре, на Венеции такого нет.

Плывут и на фарватер — место, где ходят корабли. Вообще там запрещено плавать и ходить на маломерных судах. И у лайфгарда нет другого выхода, кроме как вызвать катер, потому что у него нет права подвергать свою жизнь опасности.

— Часто ли вам приходится прибегать к помощи полиции и скорой?

— Чаще, чем вы думаете. Полиции много: люди еще не готовы к нам. Те, кто постарше, понимают, что это польза, правильный путь к чему-то хорошему. А помладше не понимают, что таким общество должно быть — обществом взаимопомощи и социальной ответственности. Много вызовов полиции, когда на пляже курят и пьют, а в общественных местах это запрещено, к тому же это грубое пренебрежение правилами на воде. Молодежь выпьет, разгорячится и идет купаться. Зашли четверо — вышли трое. А потом мама на пляж цветочки носит и плачет на берегу. В прошлом году был такой случай. Ребята пришли отмечать выпускной, а спасатель уже закрыл пост. Он предупредил ребят, чтобы были осторожными. Но они не придерживались правил безопасности.

Мы вызываем полицию, пытаемся обеспечить порядок и объяснить людям, что отдыхать можно культурно, спортивно и без вреда для своей жизни.

Скорую помощь вызываем не так часто, как полицию. У нас есть протокол оказания домедицинской помощи: что-то замазать, перебинтовать, если тепловой удар, тоже есть определенный алгоритм. Скорую вызываем для тех людей, которые перепили, или если падают в обморок при солнечном ударе.

— Какие в Киеве самые сложные пляжи?

— Центральные: Венеция, Южный берег Киева. В прошлом году в июле, когда стояла жара, было 10 тысяч посетителей — песка не было видно! У нас есть методики скрининга — слежения за водой — каждые 15 секунд лайфгард должен просканировать свой сектор, используя определенный алгоритм хода глаз, следим за водой. В такие дни мы усиливаем посты: количество спасателей увеличиваем с трех до четырех, в сумме в этом году на Венеции у нас может работать до 10 человек. Сложно, но ребята справляются.
— Чего боятся спасатели?

— Не сдать вовремя отчетность (смеется). У нас с этим очень строго, в этом году мы подошли к этому систематично. Каждый день каждый пост должен предоставить отчетность, грубо говоря, что он полезного сделал за сегодня: оказал помощь, спас человека, вызвал полицию, скорую помощь, прогнал лодку из зоны отдыха и т. д. В четверг в 8 утра вместо тренировок проходит общение со лайфгардами, у кого какие есть вопросы. Каждый может дать свое видение, комментарий, точку зрения на решение проблемы или конфликты. В этот день и администрация может дать комментарий на работу спасателя, и он выразить отношение к администрации.

Мы серьезно отнеслись к отчетности. Потому что, например, ГСЧС работала по факту — приезжала и не спасала человека, а забирала труп. В народе ее и называли «труповозка». Мы как оперативные работники на пляже должны предотвратить — и тут очень тонкие подсчеты спасательных операций. Это начинается издалека: с помощью сканирования спасатель должен выявить, нужна помощь или нет. Если есть подозрения, то начинает действовать — инициирует протокол «подозрительный пловец». Если этот протокол оправдался, то есть человеку нужна помощь, лайфгард дает спасательное снаряжение — тюб, сёрф — и как только человек притрагивается к снаряжению, можно поставить галочку, что человеку оказали помощь. Спасатели должны четко вести эту отчетность.

А то, что на пляже происходит, — все в кайф. По себе могу сказать, что до первого спасения страшно, и все ребята так говорят. Страшно оступиться на каком-то этапе, ведь от тебя зависит жизнь отдыхающего. После первого спасения ты уже входишь в азарт, и тебе нравится это делать, и ты сидишь и ждешь, пока что-то случиться, чтобы был экшн.

На этапе отбора некоторые ребята сами уходили со словами «это большая ответственность, я к ней не готов». Им страшно, они уходили и это было правильно.

— Как вы сотрудничаете с подобными организациями из других стран?

— Красный Крест — это организация, сертификаты которой ценятся во всем мире, и обучает лайфгардов оказанию домедицинской помощи. Мы готовим спасателей по международным стандартам. Мы суммируем эти два сертификата и делаем совместный, и с этим документом он может приехать в другую страну и показать, что он профессионал, его тестировал Красный Крест и проходил обучение лайфгарда, и хочу работать в Америке, например. Но путь к этому уровню тернист: там высокие требования. Не в наших интересах рекомендовать кого попало, мы советуем только лучших, тех, на кого мы можем положиться и могут представить нас за границей, не ударив в грязь лицом. Мы будем выбирать людей, которые отличились, ответственно работать, хотят внести вклад в развитие культуры лайфсейвинга в Украине, чтобы они поехали туда, переняли опыт, остались или приехали назад продолжать работать над проблемой утопления людей.

На данный момент мы ведем переговоры с международными организациями. У нас есть фронт-офис, который работает на пляже, и бек-офис, который занимается налаживанием связей и системой работы с ними.
— Как изменился Пляжный патруль по сравнению с прошлым годом?

— В этом году у нас больше материальной поддержки, в том числе и в снаряжении. У нас появился офис и штаб-квартира, куда спасатели могут прийти и понять, что они в обители лайфгарда. Появилось много направлений: работа с детьми, на пляже, с волонтерским корпусом, развитие этой культуры в Украине — посеять зернышко в умах людей, что каждый может помочь, быть социально ответственным. Прогресс по сравнению с прошлым годом есть, и уже видно, что дальше будет легче.

— Почему вы сами пришли в Пляжный патруль в прошлом году?

— Мне было интересно. Я хотел научиться спасать жизни, но вообще мне была интересна первая домедицинская помощь. Мне интересна военная тематика, я взвесил плюсы и минусы, понял, что тут я получу хорошее времяпрепровождения, работу, навыки и команду.

— Когда заканчивается сезон работы лайфгарда?

—15 сентября, вместе с купальным сезоном.
Мы поспрашивали киевлян, отдыхающих на пляже: что они думают о пляжном патруле?
Юрий Евгеньевич
— Я третий раз в этом году на пляже, потому что до этого было холодно. Я положительно отношусь к тому, что на пляжах появились спасатели. Хотя, конечно, я не знаю, какой у них уровень квалификации. Вон на вышке сидит девушка, зычным голосом предупреждает, чтоб не заплывали за буйки. Но к ребятам больше доверия, потому что они более собранные и решительные, если вдруг какая-то ситуация. Хорошо, что есть какой-то присмотр.
Яна
— Я в цьому сезоні на київському пляжі вперше. Раніше була з іншої сторони, там рятівників немає, а тут є. Я вважаю, що поява таких патрулів — це необхідність, тому що вода — це небезпека, бо тут є діти та люди, які часто безвідповідально ставляться до власної безпеки.
Алексей (справа) с братом
— Мы рады, что на киевских пляжах появились спасатели. Это правильно. Мы не видели их в деле, но видели, как они тренируются. Мы-то плавать умеем, но если б я был с ребенком, то было бы значительно спокойнее знать, что рядом есть спасатели.
Лана (справа) и Яна
— Мы в последнее время часто бываем на киевских пляжах. Обычно ездим на Золотые пески или на Десну, на Гидропарке впервые. Считаем, что это замечательно, что появились такие патрули. Они контролируют людей, которые заплывают за буйки, подают сигналы. Мы заметили их работу. Они наблюдают за посетителями пляжа. Не разрешают пить и курить, при нас подходили несколько раз к людям, которые пили пиво и делали замечания. Мы довольны.
С пляжным патрулем знакомились
Марина Курильчук
Андрей Карпец
Made on
Tilda